Обо мне
Обо мне
Ярослава Науменко. Тренер. Доминатрикс. Дисциплинарий. Чингизид. Сфера деятельности — персональное управление молодостью и образом жизни.
Я не работаю с «похудеть к лету». Я работаю с телом как активом власти. Для меня тело — инструмент дисциплины, статуса и управляемости. Главный биологический капитал.
У меня своя система дисциплины, антиэйдж-контроля и физической формы для людей, на которых многое держится.
Я — не обычный тренер. Обычный тренер — это в 90% случаев вечный раб неорганизованных и неплатежеспособных клиентов. Он бесконечно прощает пропуски и переносы, растягивания пакет тренировок на месяцы и ничего не зарабатывая. Он терпеливо считает калории, «обязан мотивировать» и годами поправлять технику приседа у необучаемых. Он улыбается, даже когда выгорел.
У меня же навсегда вылетают за нарушение дисциплины. Pа саботаж моих требований. За неуважение. И если я — не приоритет — тоже нет. Я отказывалась работать даже с друзьями и «хорошими людьми», которых знаю давно. Не тянули уровень. Быстро ломались под моим давлением.
На зожный лайфстайл смотрю шире, чем «рис, грудка и жить в зале». Я вижу, как тело клиента держит нагрузку и статус, как он принимает решения (и не начал ли уже «Акела» промахиваться), я знаю связь либидо и скорости мышления, и в курсе, как именно внешний вид даёт право оставаться в верхнем эшелоне и после 45-65 и далее. Знаю как не быть тем, которому «дают» только за деньги. Имидж, антиэйдж и привлекательность открывают двери, куда не войти без лоска и полного энергией образа.
Тренинг — только один из инструментов моей работы. Рядом с ним идут чёткое питание, передовой антиэйдж (который не делает ни один врач ни в одной стране, но делает моя команда), восстановление, режим, препараты, дисциплина и персональное управление образом жизни.
Моя роль — не мотивировать. Моя роль — выстроить систему, в которой мужчина молодеет и преображается. И благодаря которой выносит высокий прессинг власти, ответственности и больших денег. Если ты прошёл меня, выстоишь где угодно.
Если мужчина не справляется больше с грузом статуса, то у него начинается: лишний жир, ускоренное старение тела и лица, усталость, потеря формы, падение энергии и интереса к жизни, распад режима и исчезновение драйва, потери денег и ошибки в решениях. Это не «нормально после 40», а сигнал, что система управления сломалась.
Я не работаю с теми, кто ищет дешёвый марафон или «программу на месяц». Не пишу программы, не работаю с женщинами. У меня вылетают те, кто не способен следовать моим требованиям. Не уговариваю. Не развлекаю. Не мотивирую. Не заменяю человеку волю. Не обслуживаю чужие эмоции. Не вхожу ни в чьё положение. Обслуживание моей красоты дорого стоит и я не работаю дёшево, как и не работаю много.
Здесь не фитнес-клуб. А я — не понимающая «мамочка».
Моя страсть — дисциплина. Еще будучи ребёнком, в детсадовских играх, я давала витаминку за послушание и шлепок пластиковой палкой по попе за ослушание.
Дисциплина — это не насилие над собой. Это способ не выпасть из уровня, потому что богатый человек с дряхлеющим телом выглядит как компания без службы безопасности.
Возраст не отменить. Но можно быть вне возраста.
Руковожу в широком смысле, с тех пор, как началась моя карьера в нефтяной отрасли: в 21 год назад я возглавила пресс-службу нефтеперерабатывающего завода. После была тренерская карьера, начиная с World Class.
Здесь не будет БДСМ-прейскуранта и «марафонов похудения» для бедных. Прочти мои книги, там описан Путь ко мне.
Фитнес
Я тренируюсь с 16 лет. Тренирую более 16 лет. Люблю тренированное мужское тело, мне приятно смотреть на хорошую форму. Так что будь добр, радуй мой взгляд.
Ответ
Я не вступаю в праздные переписки. Не люблю фамильярность. Не терплю сексуализации — мне не интересны мужские фантазии обо мне. Привыкла к вниманию. Если увижу почтение и уровень, тогда отвечу.
Что я люблю
Мотоциклы, мотоэкипировку, качественную кожаную обувь barefoot (почти вся моя обувь сшита по моим меркам и на заказ). Коллекционирую перчатки и кукол. Люблю животных.
Рассылка с моими интересами:
Что не люблю
Не ношу каблуки. Терпеть не могу любые женские брендовые сумки. Почти не ношу украшения, предпочту в подарок новый шлем, нежели бесполезное кольцо.
Анонимность
Мне претит анонимность как в БДСМ, потому что в этом уже вшит стыд. Как будто власть сильной женщины — это что-то грязное, подпольное, постыдное, что надо прятать за маской, ником, тенью и дешёвой театральностью. В индустрии это часто подают как фантазию для мужского потребления. А я не фантазия. Я — личность. Мне неинтересно играть в «подвал», где всё заранее помечено как позорное. Я не прячу властность, потому что не считаю её дефектом. Как не считаю постыдным следование мужчины за мной. Стыдиться должны не те, кто проявляется открыто и честно, а те, кто свёл фигуру власти к карикатуре, фетиш-сервису и вечной необходимости оправдываться.
Жизненное кредо
Если мужчина не выдерживает мою силу — он просто не мой мужчина. Если мой клиент не выдерживает мои требования — он просто не мой клиент. Слабые сломаются под моим давлением.