Морщины Эмили Кларк — не мой идеал, или немного о моей работе

Многие слабые нижние не способны вынести одну неприятную для многих из них вещь: не всё в мире обязано идти по их эстетическому сценарию.

Не все женщины хотят стареть так, как любимые актрисы. Как и мужчины не обязаны быть «чуть красивее обезьяны».

Помимо любителей морщин есть такие как я, кто выбирает молодую кожу, чёткие ткани лица и минимум заломов — и вкладывает в это годы, деньги, дисциплину и знания.

Актриса Эмили Кларк (на фото ей 39, мне 44) вложилась в карьеру и стала выдающейся в своей профессии. Я вложилась в антиэйдж. В том числе затем, чтобы женщины, которые идут за мной, видели: существует не один сценарий. Мизогиния — вгонять всех в морщины и рамки. И снова та же хрень по кругу, что и была сотни лет.

Можно иметь активную мимику и морщины уже в 34. А можно иметь такую же живую мимику и практически не иметь их в 44. Мимика сама по себе не обязывает лицо покрываться заломами.

По фото у актрисы видна склонность к мелкоморщинистому типу старения — тонкая светлая кожа, которая в молодости выглядит почти фарфоровой, но с возрастом быстрее показывает линии и заломы. Плюс относительно слабая проекция нижней трети лица визуально меньше поддерживает мягкие ткани. Это особенности морфологии. У меня они иные — и десятилетняя разница вот такая разительная.

Гормональное старение тоже влияет на толщину кожи, коллаген и её способность удерживать влагу. Поэтому меня совершенно не оскорбляет, что кому-то нравятся её морщины. Нравятся — прекрасно. А посторонним придётся пережить, что мне нравится моё лицо без морщин.

И да, я имею полное право сравнивать себя с актрисами. Более того, это самый щадящий вариант сравнения: у них есть деньги, доступ к лучшим врачам, косметологии, уходу и индустрии красоты. У меня он тоже есть и сопоставим. Потому что стоит сравнить себя не с известной актрисой, а с обычной женщиной моего возраста — воплей будет раза в три больше. Потому что сравнение будет еще печальнее.

Многих бесит сама мысль, что старение может идти очень по-разному и что часть этих различий — не судьба, а результат решений, принятых за 10–15 лет до того, как они стали видны на лице. Мужчин это касается тоже.

Имеющие уши да услышат — у женщин есть путь медленного старения, а не только пергаментная кожа с морщинами. И нет, объяснять состояние кожи просто перенесёнными инсультами тоже не надо. Инсульт сам по себе не рисует на лице мелкоморщинистый тип старения. Ботулотоксин после инсульта не запрещён автоматически — его даже используют в постинсультной неврологии. Системная ЗГТ после инсульта автоматически тоже не противопоказана. Поэтому смешивать сосудистый анамнез, морфотип старения и уход за кожей в одну причину — медицински неграмотно.